Вы здесь

«Измутдин Исаев против России» (Жалоба №54427/08)

НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД

 

АУТЕНТИЧНЫЙ ТЕКСТ РАЗМЕЩЕН

НА САЙТЕ Европейского Суда по правам человека

www.echr.coe.int

 

в разделе HUDOC

 

 

 

 

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

 

 

 

 

ДЕЛО «ИЗМУТДИН ИСАЕВ против РОССИИ»

 

(Жалоба №54427/08)

 

 

 

 

 

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 

 

г. СТРАСБУРГ

 

29 октября 2015 года

 

 

 

Настоящее постановление вступило в силу, но может быть подвергнуто редакционной правке.


По делу «Исаев против России»,

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Комитетом, в состав которого вошли:

          Ханлар Гаджиев, Председатель,
          Линос-Александр Сицильянос
          Дмитрий Дедов, судьи,
и Андрэ Вампаш, Заместитель Секретаря Секции,

проведя 6 октября 2015 года заседание за закрытыми дверями,

выносит следующее постановление, утвержденное в вышеназванный день:

ПРОЦЕДУРА

1

.  Дело было инициировано на основании жалобы (№ 54427/08) против Российской Федерации, поданной в Суд 20 октября 2008 года в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Российской Федерации Измутдином Нурутдиновичем Исаевым (далее – «заявитель»).

2

.  Интересы Властей Российской Федерации (далее — «Власти») представлял Г. Матюшкин, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

3

.  Заявитель утверждал, в частности, что условия его содержания в следственном изоляторе г. Липецка были бесчеловечными и унижающими достоинство.

4

.  13 апреля 2012 года данная жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5

.  Заявитель 1964 года рождения проживает в Липецкой области.

6

.  С 20 мая 2008 года по 17 июля 2008 года заявитель содержался в следственном изоляторе ИЗ‑44/1 в Костромской области в связи с производством по его уголовному делу.

7 .  По утверждению заявителя, три камеры, в которых его содержали под стражей, были сильно переполнены. Камера № 5 площадью 8 кв.м была оборудована четырьмя спальными местами, между тем, в ней размещалось до 7 заключенных. Камера № 7, также площадью 8 кв.м, была спроектирована для шести заключенных, но в ней размещались до семи заключенных. Наконец, камера № 25 имела площадь 24 кв.м, в ней располагались четырнадцать спальных мест и содержались до двадцати пяти человек.

8

.  Согласно утверждениям Властей, заявитель содержался в камерах №№ 7 и 25. Камера №7 имела площадь 14,30 кв. метров, и в ней содержались трое заключенных, тогда как камера №25 имела площадь 29,20 кв. метров, и в ней содержались до семи человек. Заявитель имел индивидуальное спальное место в обеих камерах.

9

.  В поддержку своих доводов Власти предоставили справки, выданные начальником следственного изолятора в июне 2012 года, письменные показания сотрудников учреждения, подписанные 13 и 18 июня 2012 года, недатированные фотографии и страницы журнала учета численности заключенных, где каждый день фиксировалось количество спальных коек и число заключенных в каждой камере, а также общее количество заключенных в следственном изоляторе.

2. РАЗБИРАТЕЛЬСТВО В СУДЕ

10

.  20 октября 2008 года заявитель направил первое письмо в Суд. В письме содержалась, в частности, его жалоба по поводу предположительно ненадлежащих условий его содержания под стражей в следственном изоляторе ИЗ-44/1.

11 .  Письмом от 14 ноября 2008 года Секретариат направил комплект документов по жалобе заявителю, информируя его о нижеследующем:

«Вы должны направить надлежащим образом заполненный формуляр и любые необходимые дополнительные документы в Суд как можно скорее, но не позднее, чем через шесть месяцев с даты настоящего письма. Продление данного срока невозможно. Если формуляр жалобы и все соответствующие документы не будут направлены в вышеуказанный срок, заведенное дело будет уничтожено без дальнейшего рассмотрения».

12

.  4 мая 2009 года заявитель выслал формуляр жалобы, который был получен Секретариатом 10 августа 2009 года.

ПРАВО

I.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

13

.  Заявитель жаловался, что условия его содержания в следственном изоляторе ИЗ-44/1 с 20 мая 2008 года по 17 июля 2008 года нарушали статью 3 Конвенции, которая гласит следующее:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

А.  Приемлемость

14

.  Власти утверждали, что жалоба должна быть объявлена неприемлемой. На их взгляд, письмо Секретариата от 14 ноября 2008 года и Практические инструкции об инициировании дела от 1 ноября 2003 давали противоречивые указания, касающиеся предельного срока для предоставления заполненного формуляра жалобы. Тогда как Практические инструкции устанавливали предельный срок шесть недель со дня получения первого письма, письмо Секретариата Суда давало заявителю право вернуть формуляр жалобы в Секретариат в течение шести месяцев с этой даты. На их взгляд, жалоба, касающаяся условий содержания под стражей, была подана 4 мая 2009 года, то есть больше, чем через шесть месяцев после того, как заявитель покинул исправительное учреждение, и должна быть отклонена как поданная с нарушением сроков.

15

.  Заявитель утверждал, что он направил формуляр жалобы в полном соответствии с инструкциями Секретариата.

16

.  Сторонами не оспаривается, что письмо от 20 октября 2008 года являлось «первым сообщением от заявителя с изложением, даже кратким, предмета жалобы». В соответствии с пунктом 5 правила 47, действующим в то время, дата такого первого сообщения считалась датой подачи жалобы, прерывающей шестимесячный срок, установленный пунктом 1 статьи 35 Конвенции. Суд уже установил, что шестинедельный предельный срок в Практических инструкциях от 1 ноября 2003 года был скорее ориентировочным, чем обязательным (см. постановление Европейского Суда от 2 октября 2014 года по делу «Смертин против России» (Smertin v. Russia), жалоба №19027/07, пункты 26-28, с дальнейшими ссылками). У Суда нет никаких причин отступать от данного вывода в настоящем деле. Заявитель подал формуляр жалобы в течение шести месяцев после получения письма Секретариата от 14 ноября 2008 года, в соответствии с содержащимися в нем указаниями.

17

.  Суд, таким образом, отклоняет возражение Властей и считает
20 октября 2008 года датой подачи жалобы. Поскольку шестимесячный период начался 17 июля 2008 года, Суд приходит к заключению, что данная жалоба подана без опоздания для целей пункта 1 статьи 35 Конвенции.

18

.  Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта «а» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отмечает, что она не является неприемлемой по любым другим основаниям. Следовательно, она должна быть признана приемлемой.

B. Существо жалобы

19

.  Власти утверждают, что условия содержания заявителя под стражей были надлежащими. Количество заключенных в его камерах не превышало их проектной вместимости, и заявителю всегда предоставлялось индивидуальное спальное место. Заявитель имел не менее 3 кв. метров площади в своем распоряжении.

20

.  Заявитель настаивал на своей жалобе по поводу серьезной переполненности следственного изолятора г. Костромы. Он подчеркнул, что количество заключенных в его камере было явно изменено в копиях журнала учета численности заключенных, предоставленных Властями.

21

.  Суд отмечает, что стороны расходились во мнениях о размере камер, где содержался заявитель, а также о количестве заключенных в камерах. Что касается доказательства Властей, Суд отмечает, что показания начальника тюрьмы и надзирателей были даны в июне 2012 года, более чем через четыре года после того, как заявитель покинул следственный изолятор. Суд неоднократно отказывался признавать законность подобных справок и показаний на том основании, что они не могут рассматриваться как достаточно надежные доказательства, принимая во внимание прошедший период времени и отсутствие дополнительных документальных доказательств (см. постановление Европейского Суда от 11 апреля 2013 года по делу «Манулин против России» (Manulin v. Russia), жалоба №26676/06, пункт 42, с дальнейшими ссылками). Они, таким образом, являются слабым доказательством для Суда.

22

.  Обращаясь к копиям журнала учета численности заключенных, Суд отмечает, что многие страницы содержат очевидные изменения в записях, касающихся количества заключенных в камере заявителя, цифры были стерты, и вместо них были написаны другие цифры, во всех случаях соответствовавшие количеству спальных мест в камере. Важно отметить, что на каждой странице были исправлены лишь те записи, которые касались камеры заявителя, записи в отношении других камер остались нетронутыми. Кроме того, по страницам, которые содержат изменения, при сложении количества заключенных в каждой камере получится меньшая цифра, чем общее количество заключенных в следственном изоляторе. Власти никак не объяснили данное расхождение. Суд повторяет, что изменения в журнале учета численности заключенных, без предоставления каких-либо объяснений по поводу их происхождения, причины и времени внесения, делают содержащуюся в нем информацию недостоверной (см. постановление Европейского Суда от 17 октября 2013 года по делу «Клюкин против России» (Klyukin v. Russia), жалоба №54996/07, пункты 58-59, постановление Европейского Суда от 11 апреля 2013 года по делу «Вяткин против России» (Vyatkin v. Russia), жалоба №18813/06, пункты 40-41, упоминавшееся выше постановление Европейского Суда по делу «Манулин против России», пункт 43, и постановление Европейского Суда от 10 мая 2012 года по делу «Глотов против России» (Glotov v. Russia), жалоба №41558/05, пункт 25). В данных обстоятельствах Суд полагает, что информация, содержащаяся в предоставленной Властями копии журнала учета численности заключенных, недостоверна и не может быть использована для установления фактов.

23

.  Ввиду отсутствия каких-либо заслуживающих доверия сведений от Властей, Суд соглашается, что утверждение заявителя о том, что с 20 мая 2008 года по 17 июля 2008 года он содержался в камерах, в которых не было спального места, которое он мог считать своим, и в которых он располагал площадью менее 3 кв. метров (см. пункт 7

выше). Суд часто устанавливал нарушение статьи 3 Конвенции по поводу нехватки личного пространства, предоставляемого заключенным (см. постановление Европейского Суда от 10 января 2012 года по делу «Ананьев против России» (Ananyev and Others v. Russia), жалобы №№ 42525/07 и 60800/08, пункты 143-148, с дальнейшими ссылками). Принимая во внимание прецедентную практику и доводы заявителя, Суд приходит к такому же выводу и в настоящем деле.

24

.  Суд постановил, что условия содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе ИЗ-44/1 представляли собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение.

25

.  Таким образом, имело место нарушение требований статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в период с 20 мая 2008 года по 17 июля 2008 года.

2. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ

26

.  Заявитель далее жаловался на отсутствие у него эффективного внутреннего средства правовой защиты в отношении его жалобы, касающейся бесчеловечных условий содержания под стражей, требуемого статьей 13 Конвенции, которая предусматривает следующее:

«Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».

27

.  Власти, со ссылкой на упоминавшееся выше постановление Европейского суда по делу «Ананьев и другие против России», признавали отсутствие таких средств правовой защиты. Заявитель не представил никаких конкретных замечаний.

28

.  Суд считает, как и в упоминавшемся выше постановлении по делу «Ананьев и другие против России» (пункты 93-118), что заявитель не имел в своем распоряжении эффективного внутреннего средства правовой защиты в отношении своих жалоб, в нарушение статьи 13 Конвенции.

III.  ИНЫЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

29

.  Что касается остальной части жалобы, Суд считает, что с учетом имеющихся в его распоряжении материалов дела и в той мере, в которой соответствующие вопросы относятся к его компетенции, никаких нарушений прав и свобод, изложенных в Конвенции и Протоколах к ней, она не содержит. Следовательно, Суд отклоняет ее как явно необоснованную в соответствии с подпунктом «a» пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.

IV.  ПРИМЕНЕНИЕ ПОЛОЖЕНИЙ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

30

.  Статья 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд приходит к заключению, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутригосударственное право Высокой договаривающейся стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

А.  Ущерб

31

.  Заявитель требовал 379 876 евро в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда.

32

.  Власти сочли эту сумму чрезмерной.

33

.  Европейский Суд не усматривает какой-либо причинно-следственной связи между признанным нарушением и требуемой компенсацией материального ущерба; таким образом, Суд отклоняет данное требование. Учитывая схожие дела в его прецедентной практике, Суд присуждает заявителю 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда, плюс любой налог, которым может облагаться данная сумма, и отклоняет остальную часть требования.

B. Судебные расходы и издержки

34

.  Заявитель не требовал возмещения издержек и расходов. Соответственно, Суд ничего не присуждает ему по данному пункту.

С. Проценты за просрочку платежа

35

.  Суд считает приемлемым, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере, равном предельной годовой процентной ставке Европейского Центрального Банка, плюс три процента.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1.  Объявил жалобу, касающуюся условий содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе ИЗ-44/1 и отсутствия эффективного внутригосударственного средства правовой защиты в этом отношении приемлемой, остальную часть жалобы – неприемлемой;

 

2.  Постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в отношении условий содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе ИЗ-44/1 в городе Костроме с 20 мая 2008 года по 17 июля 2008 года;

 

3.  Постановил, что имело место нарушение статьи 13 Конвенции;

 

4.  Постановил

(а) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев выплатить заявителю сумму в размере 5 000 евро (пять тысяч евро), которая будет переведена в российские рубли по курсу на день выплаты, плюс любые налоги, которые могут быть начислены на данную сумму, в качестве возмещения морального вреда;

(b)  что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации на данную сумму начисляются простые проценты в размере, равном предельной учетной ставке Европейского Центрального банка в течение периода начисления пени, плюс три процента;

 

5.  Отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Составлено на английском языке; уведомление о постановлении направлено в письменном виде 29 октября 2015 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Андрэ Вампаш                                                                 Ханлар Гаджиев
Заместитель секретаря                                                         Председатель

 

 

16 декабря 2015 года
Нашли ошибку на сайте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Будет отправлен следующий текст:
Можете добавить свой комментарий (не обязательно).