Вы здесь

Копаницин против России

НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД

 

АУТЕНТИЧНЫЙ ТЕКСТ РАЗМЕЩЕН

НА САЙТЕ Европейского Суда по правам человека

www.echr.coe.int

 

в разделе HUDOC

 

 

 

 

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

 

 

 

 

ДЕЛО «КОПАНИЦИН ПРОТИВ РОССИИ»

 

(Жалоба № 43231/04)

 

 

 

 

 

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 

г. СТРАСБУРГ

 

12 марта 2015 года

 

Вступило в силу 12 июня 2015 года

 

 

Настоящее постановление вступит в силу в порядке, установленном в пункте 2 статьи 44 Конвенции. Может быть подвергнуто редакционной правке.


По делу «Копаницын против России»,

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой, в состав которой вошли:

          Изабелла Берро, Председатель,
          Ханлар Гаджиев,
          Мирьяна Лазарова Трайковска,
          Юлия Лаффранк,
          Пауло Пинто де Альбукерке,
          Линос-Александр Сицильянос,
          Дмитрий Дедов, судьи,
и Сорен Нильсен, Секретарь Секции,

проведя 17 февраля 2015 года совещание по делу за закрытыми дверями,

вынес следующее постановление, утвержденное в вышеупомянутый день:

ПРОЦЕДУРА

1.  Дело было инициировано на основании жалобы (№ 43231/04), против Российской Федерации, поданной в Суд согласно статье 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) от гражданина Российской Федерации Дмитрия Юрьевича Копаницина (далее — заявитель) 27 октября 2004 года.

2.  Интересы заявителя, которому была предоставлена юридическая помощь, представлял П. Финогенов, адвокат, практикующий в
г. Москва. Интересы властей Российской Федерации (далее — Власти) представлял Г. Матюшкин, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

3.  Заявитель жаловался, в частности, на то, что условия его содержания под стражей в следственном изоляторе являлись бесчеловечными и унижающими достоинство, что его содержание под стражей в ходе предварительного следствия было незаконным, чрезмерно длительным и не имело соответствующего и достаточного обоснования. Он также утверждал, что российские власти препятствовали осуществлению его права на подачу индивидуальной жалобы в Суд.

4.  5 июня 2009 года данная жалоба была коммуницирована Властям.

5.  В своем ответе на возражения Властей от 23 декабря 2009 года заявитель также жаловался на незаконность постановлений о заключении его под стражу от 29 октября 2004 года, 1 марта, 3 мая и 20 октября 2005 года.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

6.  Заявитель, 1980 года рождения, проживает в г. Москва.

А. Производство по уголовному делу

7.  15 июля 2004 года заявитель был задержан по подозрению в грабеже. Он утверждал, что в тот же день, сотрудник полиции избил его в ходе допроса, пытаясь добиться от него признания.

8.  16 июля 2004 года Замоскворецкий районный суд города Москвы вынес постановление о заключении заявителя под стражу на срок до 19 июля 2004 года. Постановлениями от 19 июля, 3 сентября и 29 октября 2004 года, 1 марта, 3 мая, 20 и 28 октября 2005 года, а также 17 января и 4 апреля 2006 года Замоскворецкий и Измайловский районные суды продлили срок содержания заявителя под стражей. В указанных постановлениях в качестве основных причин содержания заявителя под стражей указывались тяжесть обвинений, вероятность побега заявителя и сложность уголовного дела.

9.  В период с 23 июля по 10 сентября 2004 года заявитель содержался в следственном изоляторе ИЗ-77/1 в городе Москве. Он утверждал, что указанное учреждение было переполнено и что условия в камерах были ненадлежащими.

10.  20 июля 2006 года Измайловский районный суд признал заявителя виновным по всем предъявленным объявлениям и приговорил его к наказанию в виде лишения свободы.

Б. Переписка заявителя с Европейским Судом

11.  20 сентября 2004 года заявитель, который к тому времени был переведен в следственный изолятор ИЗ-77/6 в городе Москве, направил через почту учреждения жалобу в Европейский Суд.

12.  По неизвестным причинам, администрация учреждения отправила письмо не в Европейский Суд, а в Администрацию Президента России. Оттуда оно было передано в прокуратуру города Москвы.

13.  14 октября 2004 года заявитель был уведомлен о том, что один из прокуроров города Москвы рассмотрел его жалобу в Суд и счел его утверждения необоснованными. Среди прочего заявителю сообщалось, что ему следует ожидать приговора по его уголовному делу с целью исчерпания всех доступных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении его жалоб до подачи жалобы в Суд.

14.  27 октября 2004 года заявитель отправил еще одно письмо в Европейский Суд, в котором было указано следующее:

«Жалоба.

[Настоящим я] подаю жалобу на незаконные действия [российских] органов исполнительной и судебной [власти].

Я считаю, что их действия нарушили статьи 3, 5, 6 и 13 Европейской Конвенции [о правах человека].

Я представлю все необходимые доказательства [указанных нарушений] вместе с заполненным формуляром жалобы.

Прошу Вас зарегистрировать мою жалобу, присвоить ей номер и направить мне формуляр жалобы, инструкцию по ее заполнению и текст Конвенции.

Прошу направить ответ по адресу моего содержания под стражей».

Это письмо было получено Судом 23 ноября 2004 года.

15.  23 ноября 2004 года Замоскворецкий районный суд города Москвы рассмотрел жалобу заявителя в связи с рассмотрением его письма от 20 сентября 2004 года прокуратурой города Москвы и пришел к следующему выводу:

«Заявитель жаловался на то...  что [заместитель прокурора] отклонил его жалобу [в Европейский Суд по правам человека].

Прокурор Л. утверждал, что жалоба должна быть отклонена по следующим основаниям.

Несмотря на тот факт, что письмо заявителя было адресовано в Европейский Суд [по правам человека], [администрация] учреждения отправила его в Администрацию Президента России, что следует из штампа на конверте. Администрация Президента в свою очередь направила письмо Копаницына в прокуратуру города Москвы... Письмо Копаницина было направлено в подразделение прокуратуры № 35 и было рассмотрено по существу.

Тот факт, что [сотрудники] следственного изолятора отправили жалобу в Администрацию Президента России вместо Европейского Суда [по правам человека], находится вне компетенции прокурора и не влечет за собой недействительность действий прокурора.

Приняв во внимание замечания сторон и рассмотрев соответствующие документы, суд считает, что жалоба должна быть отклонена... и что не имеется оснований для признания действий заместителя прокурора незаконными, так как жалоба заявителя была перенаправлена из Администрации Президента России и, [следовательно], прокуратура [была обязана] рассмотреть ее.

Тот факт, что [сотрудники] следственного изолятора отправили жалобу в Администрацию Президента России вместо Европейского Суда [по правам человека], находится вне компетенции прокурора и не является предметом настоящего судебного разбирательства».

Это решение было фактически подтверждено тем же судом
2 февраля 2005 года в ответ на повторную жалобу заявителя по этому же вопросу.

16.  23 декабря 2004 года и 7 апреля 2005 года Московский городской суд оставил решения от 23 ноября 2004 года и 2 февраля 2005 года соответственно без изменений.

17.  В то же время, 24 ноября 2004 года, заявитель получил еще одно письмо из прокуратуры города Москвы, в котором было указано следующее:

«Установлено, что ваша жалоба, адресованная в Европейский Суд по правам человека, была правомерно рассмотрена прокуратурой города Москвы, [действующей] по поручению Администрации Президента России. В соответствии со статьей 35 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, [Европейский] Суд обладает компетенцией для рассмотрения жалоб только в случаях, когда исчерпаны все внутригосударственные средства правовой защиты... и при подаче жалобы не позднее, чем в течение шести месяцев с даты вынесения окончательного решения национальным судом.

Так как вы [в данный момент обладаете статусом] обвиняемого по уголовному делу, которое еще не было рассмотрено [внутригосударственными] судами, Европейский Суд по правам человека имеет право принять [вашу] жалобу только после того, как суд вынесет решение по вашему делу и решение [суда] надзорной инстанции вступит в силу».

18.  В письмах от 1 и 22 февраля 2005 года Управление Федеральной службы исполнения наказаний по городу Москве сообщило заявителю о том, что фактов ненадлежащей работы почты не зафиксировано, и что они не могут объяснить, почему жалоба от 20 сентября 2004 года попала в Администрацию Президента, а не в Суд.

19.  22 февраля 2005 года заявитель подал заполненный формуляр жалобы, который был получен Судом 25 апреля 2005 года.

20.  7 сентября и 27 ноября 2009 года заявитель, который в это время отбывал наказание в исправительной колонии, отправил два письма П. Финогенову, своему представителю в Суде. По всей видимости, указанные письма были отправлены администрацией колонии 31 октября и 10 декабря 2009 года соответственно.

II.  СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

21.  Соответствующее внутригосударственное законодательство и международные материалы по вопросу условий содержания под стражей в ходе предварительного следствия в российских пенитенциарных учреждениях изложены в постановлении Европейского Суда от 10 января 2012 года по делу «Ананьев и другие против России» (Ananyev and Others v. Russia), жалобы №№ 42525/07 и 60800/08, пункты 25-60).

22.  Полный обзор положений внутригосударственного права по вопросу содержания под стражей в ходе предварительного следствия и сроков судебного разбирательства изложен в постановлении Европейского Суда от 9 июля 2009 года по делу «Авдеев и Веряев против России» (Avdeyev and Veryayev v. Russia), жалоба № 2737/04, пункты 22-34).

ПРАВО

I. ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ СТАТЬИ 3 И ПУНКТА 3 СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ

23.  Письмом от 17 января 2014 года Власти сообщили Суду о своем предложении представить одностороннюю декларацию с целью разрешения вопросов, касающихся нарушений статьи 3 и пункта 3 статьи 5 Конвенции, которая гласила следующее:

«Я, .... Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека, настоящим заявляю, что российские власти признают, что в период с 23 июля по 10 сентября 2004 года Дмитрий Юрьевич Копаницин содержался под стражей в следственном изоляторе № ИЗ-77/1 в г. Москве в условиях, не соответствующих требованиям статьи 3 Конвенции, а также содержался без надлежащего обоснования в нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции.

Власти готовы выплатить заявителю 4 810 евро в качестве справедливой компенсации.

Таким образом Власти просят Суд исключить данную жалобу из списка дел, подлежащих рассмотрению. Власти полагают, что настоящее заявление может быть принято Европейским Судом в качестве «любой другой причины» для прекращения производства по делу, указанной в подпункте «с» пункта 1 статьи 37 Конвенции.

Указанная выше сумма, которая должна покрыть любой материальный ущерб и моральный вред, равно как и все расходы и издержки, не будет облагаться какими-либо применимыми налогами. Она будет выплачена в течение трех месяцев со дня уведомления о решении, принятом Европейским Судом, в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции. В случае невыплаты данной суммы в указанный трехмесячный срок Власти обязуются выплачивать по ней простые проценты с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации в размере, равном предельной учетной ставке Европейского Центрального банка в течение периода выплаты пени, плюс три процентных пункта.

Данная выплата будет являться окончательным урегулированием спора».

24.  Письмом от 15 апреля 2014 года заявитель отклонил предложение Властей, посчитав предложенную сумму слишком незначительной.

25.  Европейский Суд напоминает, что согласно подпункту «с» пункта 1 статьи 37 Конвенции он вправе прекратить производство по делу:

«… по любой другой причине, установленной Судом, дальнейшее рассмотрение жалобы является неоправданным».

26.  Суд также напоминает, что в определенных обстоятельствах он может прекратить производство по делу в соответствии с подпунктом «с» пункта 1 статьи 37 на основании односторонней декларации Властей государства-ответчика, даже если заявитель настаивает на рассмотрении своего дела.

27.  Для этого Суд тщательно изучит декларацию в соответствии с принципами, установленными в его прецедентной практике, в частности, в постановлении по делу Тахсина Акар (см. постановление Большой Палаты по делу «Тахсин Акар против Турции» (Tahsin Acar v. Turkey), жалоба № 26307/95, пункты 75-77, ECHR 2003-VI; решение от 26 июня 2007 года по делу «"ВАЗА Спулка з.о.о." против Польши» (WAZA Spółka z o.o. v. Poland), жалоба № 11602/02; и решение от 18 сентября 2007 года по делу «Сульвиньская против Польши» (Sulwińska v. Poland), жалоба № 28953/03).

28.  Суд удовлетворен тем, что Власти не оспаривают эту часть утверждений заявителя и открыто признали нарушения статьи 3 и пункта 3 статьи 5 Конвенции, указанные заявителем.

29.  Что касается предполагаемого возмещения, которое должно быть предоставлено заявителю, то Власти обязались выплатить ему
4 810 евро в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда, а также судебных расходов и издержек. Суд отмечает, что даже если указанная сумма не соответствует в точности суммам, присуждаемым Судом в аналогичных случаях, важно то, что указанная сумма не является необоснованной в сравнении с ними (см. постановление Большой Палаты по делу «Коккьярелла против Италии» (Cocchiarella v. Italy), жалоба № 64886/01, пункт 105, ECHR 2006‑V). Власти взяли на себя обязательство осуществить выплату указанной суммы в течение трех месяцев с момента вынесения Европейским Судом решения, с учетом пени, начисляемой в случае задержки выплаты.

30.  Суд отмечает, что он неоднократно устанавливал нарушения статьи 3 и пункта 3 статьи 5 Конвенции в отношении ненадлежащих условий содержания под стражей в российских пенитенциарных учреждениях (см. упоминавшееся выше постановление по делу «Ананьев и другие против России» (Ananyev and Others v. Russia)) и чрезмерно продолжительного содержания заявителей под стражей в ходе предварительного следствия (см., в числе прочих источников, постановление по делу «Калашников против России» (Kalashnikov v. Russia), жалоба № 47095/99, пункты 104-121, ECHR 2002‑VI). Следовательно, вопросы, поднятые в настоящей жалобе, основаны на четкой и обширной прецедентной практике Суда.

31.  Суд также отмечает, что Комитет Министров сохраняет компетенцию по надзору, в соответствии с пунктом 2 статьи 46 Конвенции, за исполнением постановлений по таким вопросам. Следовательно, Суд удовлетворен тем, что соблюдение прав человека, определенных в Конвенции (пункт 1 статьи 37 in fine), не требует от него продолжения рассмотрения этой части жалобы. В любом случае, решение Суда не ограничивает его в принятии любого решения о восстановлении данной части жалобы в списке дел, подлежащих рассмотрению, в соответствии с пунктом 2 статьи 37 Конвенции при несоблюдении Властями условий своей односторонней декларации (см. решение от 4 марта 2008 года по делу «Йосипович против Сербии» (Josipović v. Serbia), жалоба № 18369/07; и решение от 23 марта 2006 года по делу «Алексенцева и 28 других против России» (Aleksentseva and 28 Others v. Russia), жалобы №№ 75025/01 и др.). Таким образом, Суд считает, что дальнейшее производство по настоящему делу более не является оправданным.

32.  С учетом вышеизложенного будет целесообразным прекратить производство по жалобе, в части касающейся бесчеловечных и унижающих достоинство условий содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе ИЗ-77/1 в городе Москве в период с 23 июля по 10 сентября 2004 года и отсутствия соответствующих и достаточных оснований для его содержания под стражей в ходе предварительного следствия.

II.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПОДПУНКТА «с» ПУНКТА 1 СТАТЬИ 5  КОНВЕНЦИИ

33.  Заявитель жаловался на нарушение подпункта «с» пункта 1 статьи 5 Конвенции в связи с тем, что его содержание под стражей в ходе предварительного следствия являлось незаконным, так как основания для него, указанные внутригосударственными судами, не имели отношения к делу и не являлись достаточными.

34.  Власти указали, что его содержание под стражей в ходе предварительного следствия являлось законным и соответствовало внутригосударственному законодательству и пункту 1 статьи 5 Конвенции.

35.  Суд напоминает, что вопросы обоснованности срока содержания под стражей в ходе предварительного следствия и существования оснований для продолжительного содержания лица под стражей относятся к пункту 3 статьи 5 Конвенции (см., в числе прочих источников, упоминавшееся выше постановление по делу «Авдеев и Веряев против России» (Avdeyev and Veryayev v. Russia), пункты 58-62). В той степени, в которой можно рассматривать жалобу заявителя в качестве относящейся к этому аспекту его содержания под стражей, Суд считает, что этот вопрос был урегулирован посредством односторонней декларации Властей (см. пункты 23-32 выше) и не приводит к возникновению отдельного вопроса.

36.  В той степени, в которой можно рассматривать жалобу заявителя в качестве относящейся к аспекту «законности» его содержания под стражей в соответствии с подпунктом «c» пункта 1 статьи 5 Конвенции, Суд напоминает, что выражения «законный» и «в соответствии с предусмотренной законом процедурой» в пункте 1 статьи 5 относятся к национальному законодательству и определяют обязательство по соблюдению его материально-правовых и процессуальных норм (см. упоминавшееся выше постановление по делу «Авдеев и Веряев против России» (Avdeyev and Veryayev v. Russia), пункт 41). В этом отношении Суд отмечает, что заявитель не оспаривал тот факт, что все периоды его содержания под стражей были санкционированы постановлениями суда. Он также отмечает, что при вынесении таких постановлений соответствующие суды действовали в рамках своей компетенции. Не имеется никаких оснований предполагать, что указанные постановления являлись недействительными или незаконными в соответствии с внутригосударственным законодательством в той мере, в какой они санкционировали содержание заявителя под стражей.

37.  Следовательно, данная жалоба является явно необоснованной и должна быть отклонена в соответствии с подпунктом «а» пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.

III.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 34 КОНВЕНЦИИ

38.  Заявитель жаловался, что рассмотрение его жалобы в Суд прокурором и задержки его переписки с П. Финогеновым привели к нарушению его права на подачу индивидуальной жалобы в соответствии со статьей 34 Конвенции, которая гласит:

«Суд может принимать жалобы от любого физического лица, любой неправительственной организации или любой группы частных лиц, которые утверждают, что явились жертвами нарушения одной из Высоких Договаривающихся Сторон их прав, признанных в настоящей Конвенции или в Протоколах к ней. Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются никоим образом не препятствовать эффективному осуществлению этого права».

39.  Власти утверждали, что заявитель был в состоянии беспрепятственно осуществить свое право на подачу индивидуальной жалобы. Его жалоба, зарегистрированная в журнале корреспонденции учреждения 22 сентября 2004 года, была отправлена в Суд в тот же день, и органы власти никогда не препятствовали его переписке.

40.  Суд, прежде всего, напоминает, что жалоба на нарушение статьи 34 Конвенции имеет процессуальный характер и, таким образом, не поднимает каких-либо вопросов о приемлемости в соответствии с Конвенцией (см. постановление от 17 января 2012 года по делу «Фетисов и другие против России» (Fetisov and Others v. Russia), жалобы №№ 43710/07, 6023/08, 11248/08, 27668/08, 31242/08 и 52133/08, пункт 141; постановление от 8 февраля 2000 года по делу «Кук против Австрии» (Cooke v. Austria), жалоба № 25878/94, пункт 46; и постановление Европейского Суда от 28 июля 1998 года по делу «Эрги против Турции» (Ergi v. Turkey), пункт 105, Сборник постановлений и решений, 1998‑IV).

41.  Суд напоминает, что заявители должны иметь возможность свободно обращаться в Суд, не подвергаясь при этом какой-либо форме давления со стороны властей с целью склонить их к отзыву своих жалоб или к изменению их содержания. Понятие «какая-либо форма давления» включает в себя не только прямое принуждение и вопиющие случаи запугивания заявителей или законных представителей, но и недопустимые косвенные действия или контакты, призванные разубедить заявителей, их представителей, или воспрепятствовать осуществлению их права на защиту в соответствии с Конвенцией или сдержать их стремление осуществить право на подачу индивидуальной жалобы заявителями или их представителями (см. постановление от 13 апреля 2006 года по делу «Федотова против России» (Fedotova v. Russia), жалоба № 73225/01, пункт 48; постановление от 7 февраля 2008 года по делу «Меченков против России» (Mechenkov v. Russia), жалоба № 35421/05, пункт 116; и постановление от 12 февраля 2013 года по делу «Ефименко против России» (Yefimenko v. Russia), жалоба № 152/04, пункт 164).

42.  Принимая во внимание замечания сторон и, в частности, признания внутригосударственных органов власти (см. пункты 13 ‑ 18 выше), Суд приходит к выводу о том, что жалоба, направленная заявителем в Суд, попала в прокуратуру города Москвы, где была вскрыта и рассмотрена должностным лицом, которое направило заявителю несколько ответов, утверждая, что жалоба в Суд являлась преждевременной и что она не соответствовала критерию приемлемости, установленному Конвенцией.

43.  Суд считает, что вскрытие и рассмотрение письма прокурором имело сдерживающие воздействие в отношении осуществления права заявителя на подачу индивидуальной жалобы, с целью разубедить или воспрепятствовать подаче им жалобы. Следовательно, Власти государства-ответчика не исполнили свои обязательства, предусмотренные статьей 34 Конвенции.

44.  С учетом изложенных выше выводов, Суд не считает необходимым рассматривать остальные утверждения заявителя по вопросу осуществления его права на подачу индивидуальной жалобы.

IV.  ПРОЧИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

45.  Заявитель также жаловался на нарушение статей 3 и 6 Конвенции в связи с тем, что подвергался жестокому обращению со стороны сотрудников полиции и что внутригосударственные суды неверно оценили доказательства по его уголовному делу. Суд считает, что с учетом имеющихся в его распоряжении материалов дела и в той мере, в которой эти жалобы относятся к его компетенции, никаких нарушений прав и свобод, изложенных в Конвенции и Протоколах к ней, они не содержат. Следовательно, Суд отклоняет их как явно необоснованные в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

V.  ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

46.  Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а национальное право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

А.  Ущерб

47.  Заявитель требовал выплаты 20 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

48.  Власти заявили, что сам факт установления нарушения будет являться надлежащей компенсацией.

49.  Принимая во внимание свою прецедентную практику в аналогичных делах и условия декларации Властей, Суд присуждает заявителю 3 000 евро в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, которым может облагаться данная сумма.

Б. Судебные расходы и издержки

50.  Заявитель не требовал возмещения каких-либо расходов или издержек. Соответственно, по данному пункту Суд ничего не присуждает.

В.  Проценты за просрочку платежа

51.  Суд считает приемлемым, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере, равном предельной учетной ставке Европейского Центрального банка, плюс три процентных пункта.

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1.  решил, учитывая условия односторонней декларации Властей и способы обеспечения исполнения обязательств, указанных в ней, исключить жалобу из списка дел, подлежащих рассмотрению в соответствии с подпунктом «с» пункта 1 статьи 37 Конвенции в части, касающейся жалобы на нарушение статьи 3 и пункта 3 статьи 5 Конвенции в связи с бесчеловечными и унижающими достоинство условиями содержания заявителя под стражей в ходе предварительного следствия в следственном изоляторе ИЗ-77/1 в городе Москве в период с 23 июля по 10 сентября 2004 года, и отсутствии соответствующих и достаточных причин для его заключения под стражу в ходе предварительного следствия;

 

2.  объявил жалобы, поданные в соответствии со статьей 3, пунктом 1 статьи 5 и статьей 6 Конвенции, неприемлемыми;

 

3.  постановил, что государство-ответчик не исполнило свои обязательства в соответствии со статьей 34 Конвенции;

 

4.  постановил, что

(a) что власти государства-ответчика должны выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления данного постановления в силу, в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции, 3 000 (три тысячи) евро в валюте государства-ответчика по курсу, установленному на день выплаты, в качестве компенсации морального вреда;

(б) что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации с вышеуказанной суммы выплачиваются простые проценты в размере, равном предельной учетной ставке Европейского Центрального банка в течение периода выплаты пени, плюс три процентных пункта;

 

5.  отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Составлено на английском языке, уведомление направлено в письменной форме 12 марта 2015 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Сорен Нильсен                                                                  Изабелла Берро
      Секретарь                                                                        Председатель

08 октября 2015 года
Нашли ошибку на сайте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Будет отправлен следующий текст:
Можете добавить свой комментарий (не обязательно).